Служение Богу на горячем Кавказе

Объединенная группировка войск (сил) располагается на территории упраздненного поселка Ханкала близ города Грозного, Чеченской Республики.

В 1949 году здесь была возведена военная база с аэродромом, вместе с ней строился жилой городок для семей военных. Располагался он рядом со станцией, при которой был небольшой поселок. На сегодня также существует станция Ханкала и военный городок Ханкала. В поселке по-прежнему расположена железнодорожная станция. Переводится слово «ханкала» на русский как «сторожевая башня». До военных действий это был пригородный сельский район города Грозного. В настоящее время в поселке проживают примерно 7900 человек. Собственно говоря, от прежнего поселка осталось всего несколько домов.

На территории Свердловской области в городе Нижнем Тагиле существует отряд специального назначения, который защищает интересы нашей Родины на Северном Кавказе, в том числе и в ОГВс.

Создание отряда завершилось 15 июля 1996 года, когда на базе 598 полка внутренних войск произошло комплектование нового соединения. В спецназ «Урал» брали самых лучших, наиболее подготовленных военнослужащих и отлично зарекомендовавших себя офицеров. Это и понятно, ведь недаром спецназ ВВ (в настоящее время Федеральная служба войск национальной гвардии) считается элитой, в которой служат настоящие профессионалы военного дела.

В конце 1999 года отряд выдвигается для совершения боевых задач на территорию беспокойных республик Северного Кавказа, где боевики-террористы подняли оружие и по-настоящему угрожали безопасности жизни не только в регионе, но и по всей России.

В Чеченской Республике спецназ принимал боевое участие во многих операциях командования, и также наибольший вклад внес в разгром террористов в районе села Комсомольского в марте 2000 года.

В 2006 году спецназ Нижнего Тагила полностью был переведен на контрактную основу. Это означает, что бойцы – профессионалы своего дела, отточившие свою военную подготовку до высот мастерства. Немало среди личного состава и обладателей краповых беретов – символа высшей отваги, силы духа и выдающейся физической подготовки.

В Отряде специального назначения «Урал» существует и духовная жизнь. Походный воинский храм-палатка во имя благоверного князя Александра Невского создан двадцать три года назад в рамках соглашения между Екатеринбургской епархией и командованием Уральского округа. Антиминс (плат с подписью о разрешении совершения богослужений) храма в 1997 году освятил лично Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II.

С 1997 года этот походный воинский храм, следуя историческим традициям и желанию военнослужащих, сопровождает отряд спецназа «Урал» Уральского федерального округа Росгвардии в служебных командировках на Северном Кавказе. Личный состав, выполнявший боевые задачи на территории Северо-Кавказского региона, духовно окормлялся священнослужителями Екатеринбургской митрополии. За все время с походным храмом в командировки направлялись поочередно более 50 священнослужителей, многие ездили на Северный Кавказ неоднократно. Недавно и мне довелось побывать на Северном Кавказе, поэтому выскажу свои впечатления.

Сегодня у нас в стране около 400 военных священников, которые работают в воинских частях. Среди них много офицеров запаса, а большинство тех, кто не был офицерами, служили срочную службу. Около ста из этих отцов служили в «горячих точках», имеют боевые награды.

В России институт военных священников приходится восстанавливать с нуля. Сегодня в Вооруженных силах России при участии военнослужащих построено 83 православных храма в вооенных училищах и частях, некоторые храмы восстанавливаются на старом месте.

Современная армия все ближе подходит к тому, что невозможно воспитать полноценного воина без христианского мировоззрения. «Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих» (евангелие от Иоанна глава 15, стих 13).

В рамках своего служения с отрядом «Урал» в Ханкале священники благословляют и дают духовное напутствие бойцам перед их убытием на доблестные задания, молятся за них и беседуют с военнослужащими после их возвращения.

Священнослужители совершают Божественную литургию молятся о здравии военнослужащих и сотрудников Росгвардии. В Богослужении принимают участие военнослужащие отряда и военнослужащие ОГВс на Северном Кавказе.

Беседы, разговоры, проповеди, чтения, совместная работа происходит не только в храме, но и в элементарных бытовых условиях, в походном порядке, на разводах – где угодно. И понятно, что так или иначе смысл большей части бесед, проходящих как в официальной обстановке во время каких-либо чинных занятий, так и вне официальной обстановки, затрагивает самые главные вопросы: «В чем смысл жизни человека?», «Зачем он существует?», «Как можно поверить в Бога?», «Как укрепиться в этой вере?», «Как получить Его помощь?», «Как удостовериться в том, что человек является верующим?», «Что такое Церковь?», «Как смириться с многими безобразиями, которые люди знают и замечают?», «Как себя вести в современном мире современному человеку?», «Как военному быть верующим человеком?»

Есть люди некрещеные, которые находятся с нами в очень тесных дружественных отношениях. Мы каждую командировку крестим людей. Ситуация подталкивает: и храм рядом, и священник рядом. Причем священник не какой-то со стороны, незнакомый, а тот, с которым живешь бок о бок. Во-первых, к священнику можно присмотреться, что он за человек такой, во-вторых, если что, всегда можно его найти, задать вопросы. Как правило, мотив крещения банальный: хочу креститься, потому что в моей семье все крещеные, вокруг меня все крещеные. Либо «я фактически в Бога верю», и это называется «оформить отношения».
И здесь как раз задача священника попытаться объяснить тем, кто там служит: это только начало, а не разрешение религиозного стремления. Это дверь, в которую человек вошел, но после этого нужно сделать еще целый ряд шагов. Не всегда это удается за одну командировку, иногда приходится с ними съездить два-три раза для того, чтобы бойцы действительно стали людьми знакомыми с религией, стали молиться, исповедоваться, причащаться. По части количества крещений – сейчас совершается очень мало, потому что народ в основном весь уже крещеный. А вот исповеди и причастия что, безусловно, составляет самую большую радость священника, потому что это и есть практическое христианство, намного чаще совершаются, чем крещение. Слава Богу: это хорошо.
В посту военнослужащим дается послабление, поскольку они зачастую выполняют тяжелые физические нагрузки, для которых необходимо сбалансированное калорийное питание. Бойцы не имеют возможности выбирать регулярно время для молитвы, потому что у них служба и самые разнообразные обязанности. Вот в этом и есть специфика.

Если говорить об армейском, о военном священнике как таковом, то таким может быть непосредственно человек, который живет в таком коллективе, в светском общежитии или солдатской казарме. И переживает все эти дни, все эти моменты вместе с ними, и тогда он понимает, где книжное благочестие, идеал, к которому надо стремиться, а где реальная практика жизни.
Со стороны армейская жизнь воспринимается гражданским населением как суровость, жестокость даже. Отношение командиров к подчиненным - это отеческое отношение. Потому что командир знает: он несет ответственность за своего подопечного. Для этого надо жить с этими людьми, есть, спать, работать с ними.

В священнике нуждается любой человек. А так – это визитная карточка отряда «Урал». И все на территории Северо-Кавказского округа прекрасно знают, что если храм привезли, то это уральские спецназовцы приехали на задачу, на службу. Причем даже так, есть офицер, который говорит: «Я не крещеный, батюшка, буду креститься тогда, когда закончатся эти командировки. Но храм должен быть. Если храм есть, то я спокоен».

Есть среди бойцов и мусульмане, и буддисты. И мы устраиваем занятия, чтобы мы друг о друге побольше узнали. Например, в прошлой командировке устроили в храме библиотеку, и в ней выдавали не только книги, но и взятые с собой компакт-диски. А в той части храма, которую принято называть притвором, устраивали чаепитие, всех угощали чаем, кофе со сладостями. И люди приходили даже не на службу, не на богослужение, а заходили к нам в кофейню просто побеседовать, рассказать о себе, отдохнуть. Кроме того, у нас при храме есть шахматный клуб. А во время шахматной партии всегда есть время поговорить с человеком.

«Нагрузка предыдущих лет, по сравнению с началом даже второй кампании, несравнима, – рассказал замполит нашего отряда, – по пять-шесть дней с бронетранспортеров не слезали. Иногда питались раз в два-три дня холодной тушенкой и какими-то сухарями, потому что все время приходилось работать – воевать. Отряд нес потери, и они были логичны. Даже знаменитый «юлаевский спецназ» кончился после встречи с нашим спецназом».
Сейчас служба носит более спокойный характер. Нагрузка военных действий не ложится таким бременем. Тем не менее, это люди на выезде, занимающиеся военной подготовкой в постоянном режиме. Просто физическая усталость сказывается, и то, что народ находится в замкнутом пространстве. Вот тут-то храм и вносит свою позитивную лепту, потому что это совершенно иное пространство, оно оформлено по-другому, оно ни на что не похоже, и священнослужители стараются себя вести по-другому, не так, как военные. Например, в командировках мы никогда не надеваем бушлаты, военную форму. Стараемся даже оружие в руки не брать, тем более не стрелять.
Священник – это совсем другой. Тем не менее они видят, что мы так же рубим дрова для своей печки, так же в спальниках спим в одной из групп, так же ходим в столовую. Наша задача – в совершении богослужений в ежедневном режиме. Не важно, есть или нет кто-то на службе. Важно, чтобы любой из отряда знал, что, придя в храм, будет уверен: богослужение совершается и священник с ним помолится и побеседует. А как военнослужащий к этому отнесется, примет в этом участие или подойдет свечу поставить, сам помолится, это его дело. Мы стараемся не обременять военных своими бытовыми проблемами. Мы сами можем много сделать, хотя бойцы стараются помочь во всем.
Чем хороши поездки? В городе, в нормальной обстановке, есть некая дистанция из нескольких заборов, а в миссионерской поездке этого нет, поэтому мы компенсируем недостаток общения с военными именно там, в командировке.

Для российского воинства на протяжении многих веков обязательным было благословение священнослужителя и его духовное напутствие на защиту Родины. Беседы священника с военнослужащими поднимают боевой дух и воинскую дисциплину, духовно укрепляют солдат в любых экстремальных ситуациях.

Не случайно патриотическое и духовное воспитание воинов российской армии до 1917 года строилось на религиозной, главным образом, православной основе. Стремление привить нравственные религиозные чувства как противовес страху было приоритетным. Православные священники благословляли воинов на подвиги во имя Отечества, воодушевляли малодушных, утешали раненых, заботились о воспитании в войсках духа веры, мужества, самопожертвования, воинской дисциплины и сами вели солдат в бой с крестом в руках.

Тем не менее не подлежит сомнению, что русское армейское и флот­ское духовенство внесло значительный вклад в дело воинского и религиозного воспитания военнослужащих, искренне стремясь пробудить в воинах луч­шие качества: любовь к Богу, патриотизм и мужество.

Отец Максим, настоятель Прихода во имя

Введения во храм

Пресвятой Богородицы,

с. Пристань

Обновлено ( 30.07.2020 15:02 )